Зюзликовы, Деевы, Невзоровы, Труновы, Нехаевские, Пулькины, Чуркины, Евграфовы, Артюховы, Монитовские, Монятовские, Манятовские, Ушаковы

Поиск
Голосуйте за наш сайт в каталоге Rubo.Ru Поделиться
Партнеры
Создать форум
Кольцо генеалогических сайтов Форум г. Мичуринск вот моя деревня,вот мой
дом родной
Реклама
Посетители
Map Друзья
Мой баннер


Если вы сочтете возможным и целесообразным, добавьте его на свою страничку...

HTML код:

<a href="http://zyzlikov.forum2x2.ru/"><img src="http://i17.servimg.com/u/f17/15/83/43/11/35607710.gif" <="" a="" /> </a>

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Счетчики
Счетчик тИЦ и PR Счетчик PR-CY.Rank Google PageRank — Zyzlikov.forum2x2.ru — Анализ сайта Auto Web Pinger

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Из разных источников...

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

1 Из разных источников... в Вт 14 Дек 2010 - 21:59

Navy

avatar
Admin
Муниципальный район Шигонский расположен на территории 1997,44 кв. км. Численность постоянного населения на 01.01.2007г. – 21,9 тыс. человек, плотность населения – 11,0 чел. на 1 кв. км. площади. Район образован в 1935 году. Административный центр района – село Шигоны находится на расстоянии от областного центра и в от ближайшей железнодорожной станции Шигоны.
В 2004 году в соответствии с Федеральным законом «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 06.10.2003 № 131-ФЗ Шигонский район Законом Самарской области «О наделении статусом городского округа и муниципального района муниципальных образований в Самарской области» наделен статусом муниципального района.
В составе муниципального района Шигонский в соответствии с законом Самарской области создано 12 муниципальных образований - сельских поселений: Береговой, Бичевная, Волжский Утес, Малячкино, Муранка, Новодевичье, Пионерский, Подвалье, Суринск, Тайдаково, Усолье, Шигоны. Здесь расположено 46 сельских населенных пунктов.
История села Шигоны тесно связана с историей возникновения села Усолье. В начале второй половины 16 века Пермскими купцами, солепромышленниками Строгановыми было основано с.Усолье. Все земли вокруг, в т.ч. земли на которых расположено село Шигоны в настоящее время, являлись собственностью Строгановых.
Царь Михаил Федорович Романов передал Строгановское владение костромскому купцу Надею Святешникову. В 1660г. эти владения переходят в собственность Звенигородского монастыря Саввы Старожевского. С 1768г. по 1791г. Усольская вотчина принадлежала графу Орлову-Давыдову. Предположительно село Шигоны основано в период с . по . Существует 2 версии происхождения названия с.Шигоны. Первая – основатели села беглые люди или как их раньше называли «Шигонь»; вторая - название произошло от слова «Шиханы», что означает холмы, так как местность эта холмистая.



Последний раз редактировалось: Navy (Вт 14 Дек 2010 - 22:49), всего редактировалось 1 раз(а)


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

2 Re: Из разных источников... в Вт 14 Дек 2010 - 21:59

Navy

avatar
Admin
Во второй половине XIII-XIV вв. на территорию Самарского края переселяется мордовское население, спасаясь от разорительных набегов татар. В Шигонском районе у села Муранка исследовано огромное поселение, занимавшее площадь более 2 кв.км. Это целый город, существовавший в XIV в. и населенный болгарами и мордвой.


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

3 Re: Из разных источников... в Вт 14 Дек 2010 - 22:00

Navy

avatar
Admin
Здесь необходимо сделать небольшое отступление и упомянуть, что в 1738 году за Волгой, в бывших владениях Саввинского монастыря была основана крепость Ставрополь, а в прилегающих к ней землях и лугах (в том числе и входивших в состав вотчины) водворились кочевья нескольких калмыцких улусов. Кроме того, с западной стороны земли по р. Усе были пожалованы графу Левашову. Их центром было село Маза с выселками: Горбуновка, Муранка, Климовка, Кяхта, Левашовка. Отсюда видно, что первоначальный состав вотчины изменился в сторону уменьшения. Именно в это время окончательно заглохло в наших краях солеварение – для привлечения в эти края населения была организована продажа казенной соли, а местные соляные трубы завалены.
Источник: http://www.lince.srumandmass.com/readarticle.php?article_id=98



Последний раз редактировалось: Navy (Вт 14 Дек 2010 - 22:48), всего редактировалось 1 раз(а)


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

4 Re: Из разных источников... в Вт 14 Дек 2010 - 22:40

Navy

avatar
Admin
Кроме Орловых, крупными землевладельцами края на рубеже XVIII-XIXвв. были В.И. и Ф.И.Левашовы. Им принадлежало Мазинское имение близ Самарской Луки, в состав которого входили с.Маза (бывшая Новоалександровская слобода, возникшая во владениях А.Д.Меншикова) и основанные близ него сельцо Горбуновка, деревни Муранка и Климовка. В.Б.Бестужеву принадлежали имения в Сызранском (с.Репьевка с деревнями Ратовкой, Матруниной и Васильевкой) и Сенгилеевском уездах (Старый Тукшум), а также поселенные на левом берегу Волги деревни Бестужевка и Якобьевка. Зубовы были самыми богатыми помещиками на севере Самарского уезда (Зубовка, Озерки, Краснояриха и др.), а Самарины и Урусовы - на юге того же уезда (Владимировка, Озерецкое, Спасское, Васильевское, Аннино и пр.).
Богатство помещика определялось прежде всего числом крепостных, которые работали на барщине, платили оброк, выполняли другие повинности. Произвол помещика мог поставить крестьян на грань разорения. Но среди землевладельцев были дальновидные и рачительные хозяева, которые старались найти меру барщины и оброков, выгодных помещику, но не разорявших крестьян. В некоторых селах устраивались школы для детей дворовых и крестьян, больницы.


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

5 Re: Из разных источников... в Вт 14 Дек 2010 - 22:46

Navy

avatar
Admin
В конце XIX века симбирский любитель старины и археолог Владимир Поливанов узнал, что недалеко от села Муранка местные жители находят множество старинных вещей. Большое количество серебряных изделий постоянно поступает отсюда на переплавку к сызранским ювелирам. В 1891 году здешний дворянин А.В.Толстой приобрел здесь целый клад, состоявший из 442 монет. Он и установил, что все они были отчеканены в Золотой Орде в первой половине XIV века.
Поливанов выяснил, что выше села Муранки, при строительстве мельницы, было прорыто новое русло Усы, которое зацепило древний могильник на ее правом берегу. Он решил провести здесь археологические раскопки. Уже в наши дни приходиться читать мнения о том, что Поливанов нанес этим больше вреда, чем принес пользы. При этом, как-то умалчивается, что памятник сейчас вообще затоплен водами Куйбышевского водохранилища, после очень скромного точечного предварительного обследования. Все что мы знаем о нем, знаем от Поливанова.
Именно он произвел масштабнейшие раскопки, о которых только может мечтать современная худосочная наука, опубликовал их результаты. Поливанов сделал все, чтобы о сызранской истории узнал весь мир. Сюда был приглашен французский археолог барон де Бай, часть находок была передана в Эрмитаж. Поливанов делом доказал, что нам ни к чему примазываться к чужой истории, ибо наша собственная ничуть не беднее. Так что же все-таки он нашел?
Раскопки велись на территории могильника, занимавшего площадь около десяти гектаров. В литературе он остался под наименованием «мордовского», так как было найдено много элементов костюма именно этого народа. Точнее, народов. Под Муранкой найдены вещи и мордвы-мокши, и мордвы-эрзи. Но, судя по всему, этническая принадлежность захоронений была намного шире. Ведь погребальный обряд на этом могильнике отличался очень большим разнообразием.
Всего было обследовано около 700 могил. Людей здесь хоронили и в долбленых колодах, и без всяких гробов, сжигали. Было даже найдено захоронение всадника с конем. Во многих могилах с умершими клали вещи, в других не было совсем ничего. На территории могильника найдено много лошадиных костей. Может это следы тризны из конины? Над одной из могил стоял двухметровый памятник с надписью на арабском алфавите, которую не смогли прочитать. Может поэтому местное население называло кладбище «татарским»? Или потому что в могилах здесь находили множество монет с надписью арабской вязью? Поливанов прочитал на них имена золотоордынских ханов Узбека, Джанибека, Бердибека и Тимур-Ходжы.


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

6 Re: Из разных источников... в Вт 14 Дек 2010 - 22:47

Navy

avatar
Admin
МУРАНКА. Речка, впадающая в Усинский залив и одноименное селение на ней в Шигонском районе. Здесь первично название речки. Оно, как и название реки Усы, находит объяснение в монгольском языке, в котором нарицательное мурин и означает "река". Село и в данном случае, как и во многих других, поименовано по речке.
МУРАНСКИЙ БОР. Лес на правом берегу реки Усы с селом Муранка (см.), по которому и поименован.


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

7 Re: Из разных источников... в Вс 9 Янв 2011 - 1:02

Navy

avatar
Admin
Заметные места Поволжья 1901 год.


_________________
Всегда рад видеть Вас на моем сайте
Посмотреть профиль http://zyzlikov.forum2x2.ru

8 Re: Из разных источников... в Чт 17 Янв 2013 - 12:36

Navy58

avatar
Admin
История края (с сайта http://usolie007.ucoz.ru/publ/nadeinskoe_usole_v_xvii_seredine_xviii_v_istorija_kraja/1-1-0-19)

Надеинское Усолье в XVII - середине XVIII в.



Так называемое Надеинское Усолье, местность, занимавшая в XVII в. западную часть Самарской Луки, является одним из самых значимых историко-культурных достопримечательных мест нашей области. Территория Надеинского Усолья на протяжении всего XVII столетия практически оставалась неизменной. Только в начале XVIII в., после перехода к А.Д. Меншикову, границы местности начали размываться. В XVIII-XIX вв. теряется историко-культурная обособленность памятника, целостность. Таким образом о Надеинском Усолье как об едином реально развивавшемся достопримечательном месте мы можем судить только по данным XVII в.

Надеинское Усолье (или Надеино Усолье) получило свое название от первого владельца -- богатого ярославского предпринимателя Надеи Светешникова. Светешников принадлежал к числу богатейших русских людей первой половины XVII в. Впервые его имя упоминается в связи с действиями первого ополчения, освобождавшего страну от иностранной интервенции. Чин "гостя", полученный Надеей по специальному царскому указу, позволил предприимчивому ярославцу распространить свою торгово-предпринимательскую деятельность почти на всю территорию России. Приказчики Светешникова скупали меха в Сибири, плавили медь в Башкирии, добывали соль в Прикамье и под Астраханью, торговали со Швецией, Ираном, Польшей. Неизвестно, из каких источников пришла к Светешникову информация о возможности заведения соляного промысла на Самарской Луке, однако уже в 1631/32 гг. он получает право на оброчное владение обширными территориями в западной части Самарской Луки. Границы их земель начинались несколько северо-западнее современного с. Усолья (у современного с. Актуши), переходили на левый берег Волги и охватывали значительные массивы в районе Ягодного Яра и современного Тольятти. В окрестностях г. Жигулевска западнее старинной деревни Моркваши ныне слившейся с г. Жигулевском, они вновь переходили через Волгу на Самарскую Луку, пересекали ее по линии Морквашинские вершины -- Брусянские вершины -- устье Брусянского оврага (так называемая, речка Сухая Брусянка), вновь выходили на берег Волги и спускались вниз по течению до современного с. Переволоки; там по узкому перешейку переходили на реку Усу, поднимались вверх по течению до устья р. Тишерека и, наконец, через Кузькин Ключ (где в настоящее время располагается село Кузькино) вновь выходили на Актушу. К этому оброчному владению были примежеваны значительные рыболовные угодья.

Вся территория Усолья занимала примерно 1,5 тыс. кв. км. В него вошли такие уникальные природные комплексы как междуречье Волги и Усы, знаменитая Переволока, западные остроги Жигулевских гор (так называемые Соляные и Морквашские горы), соляные источники, обширный Муранский бор, значительные степные и лесостепные пространства пригодные для земледелия.
До начала сооружения Сызрани, Кашпира и других укрепленных пунктов укреплений правобережья в 1680-х гг. Надеинское Усолье являлось крайним пограничьем в Самарском правобережье, вплотную примыкавшим к кочевой степи и лесостепи. Причем границы уже освоенного и защищенного ареала сельскохозяйственных поселений Среднего Поволжья находились намного севернее и северо-западнее, так что Надеинское Усолье вместе с другими населенными пунктами Самарской Луки оказалось как бы островом в кочевом пространстве степи.

В местной краеведческой литературе (и даже в центральной) получило распространение суждение о том, что соляной промысел на Самарской Луке, как крупное промысловое предприятие, был заведен купцами Строгановыми, в начале 80-х гг. XVI в. В качестве основания для такого суждения приводится текст, содержащийся в одной из сибирских летописей грамоты царя Ивана Васильевича, в которой он жалует братьев Строгановых за сибирский поход и присоединение Западной Сибири "Большой и Малой Солью на Волге". Вот в качестве этой "малой соли" и подразумевалось будущее Надеинское Усолье. Нужно сказать, что вдумчивые исследователи строгановского предпринимательства, такие как А.А. Введенский, после серьезнейших архивных изысканий вынуждены были признать, что никаких данных о предпринимательской деятельности Строгановых в районе Самарской Луки им обнаружить не удалось. Да и текст самой летописной грамоты вызывает сомнения. Скорее всего, по поручению Строгановых, он был придуман в качестве оправдания их участия в организации похода казачьей вольницы. К тому же под Большой и Малой Солью подразумеваются вполне реальные соледобывающие промыслы соли на Волге, а именно, пригороды Нерехты. Позднее, уже в 1614 г. во время мятежа И. Заруцкого на устье Усы строил острожек стрелецкий голова Гордей Пальчиков. Однако ни о каких промыслах соли, принадлежащих Строгановым, а тем паче о населенных пунктах, он не сообщил. Документы, посвященные начальной деятельности приказчиков Надеи Светешникова "под соляными горами" вполне ясно дают понять, что заведенные здесь купцом-промышленником крупный промысел и постоянные поселения, основывались на пустынном месте, а переведенные и принятые крестьяне и мастеровые являлись первыми постоянными поселенцами этой местности. Таким образом, в споре за пальму первенства освоения этих пустынных мест между двумя династиями именитых русских гостей -- промышленников побеждает Надея Светешников.

Оборонять себя жителям Усолья помогали укрепленные городки, выстроенные рядом с промыслами, и уникальные природные условия. И все же население купеческого владения жило в более опасном районе, чем селяне более восточных территорий Самарской Луки, значительно лучше защищенных излучиной Волги.

Получив Усолье, Надея Светешников предпринял энергичные меры для его освоения. В первую очередь он позаботился о переводе населения из своих владений в Соли Камской, Костроме и т.д. Кроме того, в Усолье "за льготу" селились гулящие люди, беглые, "вольные", которыми так богата Волга. Уже в середине 30-х гг. XVII в. был оборудован соляной промысел, а рядом с ним устроили слободы и соорудили хорошо вооруженный городок. Все эти поселения и промысловые предприятия занимали сравнительно небольшую локальную территорию "под горами", несколько северо-восточнее современного расположения Усолья (эта местность "под Белым камнем" ныне затоплена водами Куйбышевского водохранилища).

В середине 40-х гг. XVII в. Надея Светешников запутался в долгах с казной, и, несмотря на все свои очевидные заслуги перед правительством, поставлен на правеж. Собрать вовремя деньги не удалось, промышленник не выдержал наказания и умер. В 1646 г. Надеинское Усолье в было отписано государству. В Самарский край приехали приказные люди составить описание промысла. Судя по данным описных книг, в Надеинском Усолье в 1646 г. насчитывалось 108 взрослых мужчин (без духовенства).
Из них 33 пищальника занимались охраной владения, 30 крестьян было занято в сельском хозяйстве, 28 бобылей и 13 работных людей работали на соляном и рыбном промыслах, а кроме того специально были выделены такие квалифицированные специалисты, как городельщик, часовник, скотник и неводчик. Все население Надеинского Усолья жило в небольшой слободке под защитой расположенной южнее, ближе к степи небольшой крепости.

Первым "архитектором" Надеинского Усолья был дворовый человек Надеи Игнат Кириллов, "харчевник". Он-то и построил вокруг усадьбы крепость. Сама усадьба, где жили приказчики, представляла собой небольшое подворье с горницей на подклетях и бревенчатыми сенями. Рядом располагались службы -- баня, "изба хлебная", поварня, амбары (3), ледник, две избы, где жили слуги и работные люди. В усадьбе была устроена небольшая деревянная церковь во имя "нерукотворенного образа" Богородицы Казанской и Климента Папы римского. Рядом с церковью располагалась колокольница, представлявшая собой сооружение из 4-х сосновых столбов, на которых висело 6 небольших колоколов. К колоколам были "приведены часы боевые с четвертьми". Игнат Кириллов окружил господскую усадьбу палисадом - "острогом" с дву--мя воротами и калиткой. За стенами палисада были устроены специальные осадные избы с "обламы и с бойницами и с кровлею". Особые укрепления окружали скотный двор. Поселок, где жило население промысла, также укрывался за валом и палисадом. В самой бобыльской слободке была поставлена башенка из судового леса. Весьма значительным можно назвать вооружение крепости: 16 пушек, 15 мушкетов, 7 самопалов и т.д. По количеству огнестрельного оружия усольский острожек мог соперничать со многими пограничными городами России. Крепость и валы защищали промысловые сооружения от "степи". Варницы находились ближе к горам, под их прикрытием. Попытка начать добычу соли "в степи" за укреплениями кончилась плачевно, варницы разорили кочевники. Судя по летописным и легендарным сведениям бытовавшим в XVIII -- XIX вв. средством предупреждения от нападения кочевников был сторожевой пост, находившийся на вершине горы Караульной (позднее Светелки), возвышавшейся над промыслом. В случае появления отряда ногаев или калмыков караульщики зажигали лагун с дегтем и люди, трудившиеся на отдельных от крепости полях, торопились под защиту стен острожка.

Весной 1646 г. сын Надеи Светешникова Семен смог выкупить у казны промысел. Однако он вскоре умирает, в семье Светешниковых не остается взрослых мужчин, способных эффективно вести дела, с начала 50-х гг. XVII в. Надеинское Усолье сдается на оброк богатому предпринимателю К. Климшину. В 1659-60 гг. государство выкупает у семьи Светешниковых Усолье за громадную по тем временам сумму в 6500 рублей. При наследниках Надеи Светешникова самарские промыслы продолжали разрастаться. Более чем в полтора раза выросло население. В 1663 - 1664 гг. в селениях Усолья насчитывалось уже 165 дворов: 3 -- духовенства, 3 -- монастырских слуг, 96 -- крестьян, 50 -- бобылей, 12 чувашских и 1 -- мордовский. Вдоль р. Усолки и у подножия гор, рядом с волжской поймой, вытянулась цепочка поселений -- Верхняя, Средняя, Выползово и Нижняя. В устье Шоркинского оврага, в широкой долине между гор, рядом с Волгой появился починок Шоркин. Пятью верстами южнее слобод на окраине Теплого леса чуваши основали свою деревню Теплый Стан. Старый укрепленный городок к этому времени захирел, был заброшен. В конце 50-x начале 60-х гг. был построен новый, поставленный ближе к горам. Недаром старый горок называли "степным".

Светешниковы не могли освоить и заселить всю отданную им в оброчное владение территорию Усолья. Сельскохозяйственные и промысловые поселения локализовались в районе Соляных гор, ближе к волжской пойме в междуречье Усы и небольшой речки Усолки. Пахотные угодья уходили к югу в "степь", граничили с Теплым лесом и Муранским бором. Все остальные пространства использовались только эпизодически -- для заготовки дров на выварку соли, промысла рыбы, охоты и т.д. Надеинское Усолье при Светешниковых не могло оказывать сколько-нибудь значительного воздействия на демографическую ситуацию, прилегающих территорий, на их освоение. Более значительным было влияние на колонизацию Самарской Луки в это время земледельческо-промыслового владения самарского Спасо-Преображенского монастыря, располагавшегося в юго-восточной части Луки, "под горами".

В 1660 г. Надеинское Усолье получило нового владельца. Им стал подмосковный звенигородский Савво-Сторожевский (нередко его еще называют Саввин Сторожевский) монастырь. История этой обители в XVII в., особенно во второй его половине, весьма любопытна. Основанный в конце XIV в. учеником и сподвижником легендарного Сергия Радонежского Саввой, монастырь едва ли не середины XVII в. был небогат, малолюден и не играл сколько-нибудь заметной роли в духовной жизни страны.

При Алексее Михайловиче монастырскому клиру удалось войти в доверие царской семьи, в том числе и самого государя. Обитель на Сторожевской горе стала любимым местом богомолья для царского окружения, фактически летней резиденцией. С этого времени богатства братии растут в геометрической прогрессии. У обители появились приписные монастыри, многочисленные села и деревни, вотчины в самых различных уездах страны, в том числе и Надеинское Усолье. Хозяйственными делами монастыря руководил практически сам государь через свои дворцовые приказы. Естественно, что такие "тепличные условия" создавали на местах для монастырских правителей режим наибольшего благоприятствия, ограничивали произвол и вмешательство местных воевод.

На первых порах Надеинское Усолье досталось монастырской братии в оброчное "безсрочное" владение. Оброчные платежи в государеву казну с соляного промысла составляли 496,5 руб. в год "против большого окладу, как было на откупу у Киприяна Климшина". Значительный доход приносили государству пошлины с производства соли, в отдельные годы доходившие до 150 рублей, а также оброчные платежи за использование рыбных ловель. Сборы оброка и пошлины, надзор за промыслом осуществляли приказчики из Симбирска. Неизвестно сколь аккуратно платил монастырь эти сборы, однако после завершения крестьянской войны под предводительством Степана Разина, старцы все чаще обращались к царю с челобитными, где жаловались на тяготы, оскудение промысла и просили снять сборы и пошлины и вообще передать Усолье в вотчину. С начала 70-х гг. XVII столетия начал формироваться новый режим владения промыслом. На него распространилось вотчинное право, были сняты все пошлины и оброчные платежи. Надеинское Усолье изъяли из-под юрисдикции сначала симбирких, а затем и казанских воевод. Оно стало управляться непосредственно из Москвы. Владение фактически получило право экстерриториальности, многочисленные тарханные привилегии. Промышленники Надеинского Усолья, посылавшиеся для управления промыслом из метрополии, вели себя вызывающе по отношению к местным властям, принимали беглых, не пускали в вотчину сыщиков. В таком благоприятном режиме вотчина жила до середины - конца 80-х годов XVII в. "Охлаждение" к церковным владениям в 90-х годах XVII в. коснулось и Надеинского Усолья. Вотчина в это время переживала кризис и застой.
В начале XVII в. правительство Петра I начало срочно изыскивать дополнительные средства для ведения Северной войны. Под жесткий контроль поставили недвижимое имущество церковных собственников. В их владение направили специальных приказчиков, которые фактически явились полновластными распорядителями во всех хозяйственных и финансовых делах. К тому же вскоре центр взял под контроль оброчные угодья в стране: рыбные ловли, соляные и поташные промыслы, бобровые гоны и т.д. Эта мера ударила прежде всего по экономике крупнейших предпринимателей страны -- монастырей, купцов и т.д. Новая государственная политика сказалась на хозяйстве Надеинского Усолья самым отрицательным образом. Упадок промыслового владения стал затяжным. До 1710 г. оно находилось в распоряжении Монастырского приказа и лишь формально числилось за братией Савво-Сторожевского монастыря. В 1710 г. Усолье, как и рядом расположенные Новопречистенская, Черемшанская и другие волости, отошли Александру Даниловичу Меншикову. Надеинское Усолье уже в начале XVIII в. потеряло свои особенные специфические черты, как бы слилось с окружающей сельскохозяйственной и промысловой округой. То, что мы называем "Надеинским Усольем" как особое достопримечательное место со своей специфической историко-культурной ценностью в основных своих чертах перестало развиваться. Поэтому-то мы и завершаем историю этого историко-культурного памятника началом XVIII в.

Если при Светешниковых Усолье начало формироваться как уникальный центр расселения русского и чувашского населения, его хозяйственной деятельности, то во времена Савво-Сторожевского монастыря произошло окончательное становление его самобытного облика, сложился уникальный для XVII в. тип промыслового и сельскохозяйственного комплекса на территории Самарско-Симбирского Поволжья. Рассмотрим более внимательно этот период в истории местности.

В 60-x начале 70-х гг. монастырские власти не уделяли должного внимания развитию Надеинского Усолья. Промысел, доставшийся монастырю в виде царского подарка, являлся для него второстепенным. Главный центр производства соли и добычи красной рыбы монастырь пытался создать в Прикамье, где он владел значительными участками земли и камской акватории. Возможно, монастырские власти были неопытны или местность и природные условия не благоприятствовали хозяйственной деятельности, но солидного промыслового центра на северо-востоке создать не удалось. Это обстоятельство окончательно выяснилось только в конце 60-x начале 70-х гг. До этого времени Надеинским Усольем старцы монастыря интересовались пока постольку-поскольку. Его сдавали в оброчное пользование другим промышленникам, тому же Киприяну Климшину. Отчасти здесь хозяйничали монастырские старцы промышленники, курировавшие прежде всего камские промыслы (Самуил Савинский и другие). Владение находилось под контролем приказчиков из Симбирска. Они распоряжались промыслом, а на устье Усы, рядом с новопостроенной деревней Жигулевкой, в конце 60-х годов даже устроили государев рыбный двор. Несмотря на разноголосицу в управлении даже в эти годы промысловое владение постепенно расширялось, устраивалось. Увеличивалось население, появились новые селения. В конце 60-х годов рядом с устьем Усы, в овражной долине за Усинским курганом, на берегу Волги была основана новая деревня Жигулевка. Возникла она, по всей видимости, на месте старинного рыболовецкого стана. Симбирские власти утверждали, что Жигулевку основали беглые крестьяне из Симбирского уезда и поэтому всех жителей необходимо вернуть назад к их прежним владельцам. Промышленники монастыря выдвинули иную версию. По их словам, на месте деревни всегда находились рыболовные ватаги монастыря и вот как раз рыбные ловцы по указу монастыря и основали деревню. Скорее всего, истина лежала где-то посередине. На наш взгляд, основателем деревни, одним из первопоселенцев, давшим ей имя был коренной (то есть еще "светешниковский" житель промысла) "Семка Жигуль" из Устюга Великого (или его потомки).

Основание Жи(е)гулевки, Жи(е)гулей или Жи(е)гулихи (с переменными гласными и-е) положило начало освоению жителями Надеинского Усолья территорий к востоку от Усы, то есть собственно "малой" Самарской Луки.

В те же 1660-е годы продолжилось заселение местности в районе Соляных гор и Муранского бора. Под Теплым лесом появилась первая чувашская деревня Теплый Стан или, как она впоследствии стала называться, Старый Теплый Стан. Кроме русских основное население Надеинского Усолья составили именно чуваши. Мордовские дворы составляли редкое исключение. Впоследствии, когда старожилов чувашей спрашивали, когда же они появились здесь, они отвечали, что пришли "издавна, еще их отцы и деды живали здесь за Светешниковым". Насколько верна эта формула -- неизвестно. Однако, в описании Надеинского Усолья 1663 года чуваши не фигурируют. В отличие от русских селений, устраиваемых на открытом пространстве, удобном для сообщения, заведения промысловых предприятий, земледелия, чувашские деревни прятались в глухих местах, вдалеке от реки, на лесных полянах, на значительном удалении от сельскохозяйственных угодий.

В середине 60-х годов проплывая по Волге, сделал свое известное краткое описание береговых селений и промыслов Надеинского Усолья западноевропейский путешественник Ян Стрейс. Он видел усольские слободы и соляной промысел, а также рыбачий промысел и недавно отстроенную деревню в устье р. Усы, то есть Жигулевку.

Во время восстания Степана Разина Надеинское Усолье стало одним из главных эпицентров, местом скапливания сил восставших. Выгодное стратегическое место Усолья, как едва ли не последнего плацдарма для наступления на Симбирск и укрепления Симбирско-Корсунской и Закамской черт, обуславливало появление здесь повстанческих отрядов. Воеводы, защищавшие Симбирск и города засечных линий, не рисковали уходить так далеко от своих баз. Поэтому, после очередного разгрома, повстанцы уходили вниз по Волге в усольские слободы. Так было после разгрома основных сил Степана Разина под Симбирском, так получилось и после неудач второго подхода разинцев вверх по Волге летом 1671 г. под предводительством Федора Шелудяка. Причем, сравнительно небольшое по тем временам население усольских слобод ухитрялось "принимать" крупные отряды разинцев численностью от 500 до 2000 человек, Неизвестно, останавливались ли в Усолье Степан Разин или Федор Шелудяк, но вот имя одного из крупных разинских атаманов Ромашки Тимофеева настолько глубоко запечатлелось в памяти местных жителей, что спустя десятилетия после завершения разинского движения переписчики со слов местного населения фиксировали в межах и гранях дорогу "проклятого вора Ромашки". Население Усолья практически полностью прешло на сторону Разина. К крестьянам и работным людям присоединились монастырские слуги, священники и даже промышленники должны были сделать вид, что поддерживают повстанцев. Когда осенью-зимой стало очевидно, что разинцы потерпели поражение, жители Усолья во главе с промышленником принесли повинную в Симбирск. Правда, это не помешало им летом 1671 г. принять разбитые отряды Шелудяка. Что происходило с хозяйством промысла в эту бурные годы, неизвестно. Монастырские промышленники и власти Савво-Сторожевского монастыря писали, что из-за событий казацко-крестьянского движения "промысел разорился в конец" и на этом основании просили снять денежные подати. Насколько велико было "разорение", об этом документы умалчивают. Сколько-нибудь значительных военных столкновений на территории Усолья не было. Жители смогли мирно поладить с отрядами повстанцев и в то же время не подвергались и писцовых книгах. В середине 1680-х годов население Надеинского Усолья насчитывало около двух тысяч человек, число дворов приближалось к 300. Это было крупное, хорошо организованное промысловое и сельскохозяйственное владение, полностью организованное промысловое и сельскохозяйственное владение, полностью обеспечившее свои потребности и давшие значительный доход в метрополию. Центром вотчины по-прежнему оставался небольшой район у подножья Соляных гор, в нижнем течении речки Усолки. Здесь концентрировался солеварный промысел, находились крупнейшие поселения, размещалась администрация. Вместо старого "степного" городка Светешниковых на рубеже 50-60-х гг. XVII в. был устроен новый. Он располагался значительно ближе к подножию гор, в 3 верстах от старого, на берегу Усольского озера (ныне затопленного водами водохранилища) примерно в 1,5 - 2,0 км от Волги. Не совсем ясно, о какой крепости старой или новой говорится в отказных книгах Тимофея Коноплева, датируемых 1659-60 г. Коноплев описал деревянный городок с деревянной же церковью "во имя святого нерукотворного образа". Даже по сравнению с временами Светешникова (а может быть в наследство от них) городок был неплохо вооружен. В нем насчитывалось 3 медные и 6 железных пушек, 6 пушек железных "дробовых". В отказных книгах Якова Руднева 1673-74 г. речь шла о новом городке. Он был обнесен деревянным палисадом с 4 башнями по углам, с двумя воротами. За стенами городка находились две кельи, 3 амбара, 3 погреба, изба хлебная и поварня. Рядом располагалась "брусяная" церковь "Николая чудотворца" (?). О вооружении крепости сказано лишь, что на башне была пушка железная. Возможно, что такое скудное вооружение острожка осталось после посещения его отрядами Степана Разина. После поражения восстания городок был переустроен. Местные жители сообщали, что старец Леонтий Моренцев заставлял их заниматься строительными работами, возить камень на церковь. И действительно, судя по описаниям середины 80-х годов XVII в. к одной из стен городка примыкает каменная Преображенская церковь (по всей видимости, одно из первых каменных сооружений в крае) с двумя приделами. За крепостными стенами находилось несколько дворов, хозяйственные постройки, конюшня. Солидными выглядит вооружение: 6 пушек, 30 ружей. Необходимо учесть, что в это время промысел был защищен от внезапного набега защитными сооружениями Сызрани и Печерского. В исторической литературе, на картах обозначающих расположение Сызранской черты, её восточный фланг доводят до Усольского городка и, тем самым, включают его в систему оборонительных сооружений черты. Вряд ли это соответствует истине. Сызранская линия так и не была построена (сохранились только отдельные её укрепления). В её состав не планировалось ввести городок на Усольском озере. В отличие от старого "степного" новопостроенный городок не просто защищал дальние подступы к промыслу, а являлся центром, сердцем усольских слобод. Небольшая слободка находилась рядом с самой крепостью. Два из трех усольских поселений: слободы Верхняя и Средняя соседствовали с Усольским озером и самим городком; третья -- Нижняя находилась ниже по течению реки Усолки. Нижнюю слободу порой называли Выползово. Это название свидетельствует о более позднем ее происхождении по сравнению с двумя другими селениями. В каждой из этих слобод в 80-х годах насчитывалось от 40 до 50 крестьянских, бобыльских и работничьих дворов. По абсолютным размерам и по населению каждое из них уступало только Жигулевке. Общее же количество жителей, их населявших, составляло около половины всего населения вотчины. Позднее, уже в XVIII в., все эти три селения слились в одно и образовали село Усолье. В ближайших окрестностях этого жилого ком-плекса, селениями-спутниками его, являлись д.Шоркин Буерак, в XVIII в. перенесенная ближе к устью р. Усы (ныне д. Березовка), и расположенная 5 км южнее чувашская деревня Старый Теплый Стан. Местность, выбранная для поселения Шоркин Буерак, не благоприятствовала значительному разрастанию населенного пункта. Межгорная долина ограничивала возможности для расширения его территории, сельскохозяйственные угодья и прежде всего пашенные земли находились за горным хребтом и добираться к ним было не так-то просто. На протяжении всего XVII в., в отличие от других поселений Надеинского Усолья, Шоркин Буерак так и оставалась небольшой деревушкой, затерянной в овражной долине, на берегу волжской поймы. В середине 1670-х гг. в ней насчитывалось всего 8 дворов, а спустя десятилетие, по данным писцовой книги 1685-86 г., 18 дворов. Сельские жители в основном работали на варницах и рыболовных ватагах, занимались земледелием. Первое упоминание о слободе-деревне имеется у Я.Стрейса, который писал в 1665 г.:"5 августа мы дошли до рыбачьего поселка, ... там видна река Уса". Следы деревни в настоящее время вряд ли возможно обнаружить. В XVIII в. она была перенесена на новое место, ближе к устью р. Усы и устроена на равнинной местности, примыкающей к восточной оконечности Соляных гор. В XVIII в. это поселение получило новое имя -- д. Березовка.

В последней четверти XVII столетия крупнейшим селением Надеинского Усолья стало с. Вознесенское, деревня "Жигулевка тож". По переписанным книгам 1678-79 г. в нем насчитывалось 84 крестьянских и бобыльских дворов, по дозорным книгам 1684 г. -- 97 дворов, наконец, в писцовых записях Я. Левашова было обозначено 78 дворов. Такая разноголосица данных обуславливалась крайне негативным отношением руководства вотчины, да и самого населения, к действиям писцов и переписчиков. Любой лишний двор, обнаруженный писцами приводил к возрастанию государственных податей и повинностей, к увеличению тягла. Потому-то, несмотря на разноголосицу в подсчетах количества дворов численность населения стабильно увеличивалась. Количество же человек, населявших один двор, могло внезапно возрасти. В целом, в середине 1680-х гг. в селе насчитывалось около 500 человек обоего пола, что по тем временам представлялось весьма значительной величиной.

Селение вряд ли оказывало большое влияние на освоение принадлежавшей монастырю западной части "малой" Самарской Луки. Взгляды жителей Жигулевки, монастырских управителей были устремлены, прежде всего, к рыбным богатствам Волги, к соляному производству Усольских слобод. Да и само расположение селения предопределяло такую направленность интересов. Село находилось на краю первой надпойменной террасы, при выходе к Волге мощной овражной долины, у северо-восточного склона Усинского кургана оно занимало прибрежную полосу, тянувшуюся от устья оврага к устью р. Усы. Все равнинное пространство западной части Самарской Луки оказалось за горой, на втором плане. Перед глазами жителей всегда была Волга с её рыбными богатствами. При таком расположении селения крайне неудобно было заниматься сельским хозяйством и, прежде всего, земледелием, так как основные пахотные угодья находились далеко от поселения, "за горой". В XVIII в., когда рыболовство начало отходить на второй план, все недостатки такого расположения проявились с особой силой. Тогда-то село было перенесено за гору, вглубь территории Самарской Луки, где и располагается в настоящее время. От первого месторасположения у подножья Усинского кургана в почве остался значительный по мощности культурный слой, насыщенный остатками дерева, фрагментами керамики, металлическими изделиями и т.д. Первое описание селения приведено в отказных книгах Я. Руднева 1673-74 г. "На устье Усы на берегу Волги реки в деревне Жигулевке церковь божия во имя Вознесения Христова ... около церкви шесть келий, а в них живут старцы. Около монастыря ограда да подле ограды из Симбирска построен государев рыбный двор. А кругом монастыря и рыбного двора крестьянские дворы ..." В середине 1680-х гг. вместо государева рыбного двора был построен монастырский (или государев перешел монастырю), в котором жили посельские старцы, посылаемые из метрополии для управления промыслом.

Последнее крупное русское поселение в пределах Надеинского Усолья было основано в 1680 г. на переволоке и получило от названия местности имя -- слобода Переволокская или д. Переволоки. Об истории этого селения сказано в особом очерке, Поэтому мы, не давая описания д. Переволоки, остановимся лишь на особенностях его появления. На примере Переволок видно насколько активно монастырские власти занимались освоением стратегически важных для них районов Надеинского Усолья. В районе Переволоки занималась добычей рыбы одна из крупнейших монастырских ватаг -- Переволокская. Местным промышленникам необходимо было создать для нормального функционирования этой ватаги постоянную базу -- поселение с рыбным двором. Монастырским властям пришлось выдержать длительную тяжбу с самарскими воеводами за право распоряжаться в районе перешейка. Только апелляция в центральные приказы помогла решить дело в пользу старцев. В этом соперничестве любопытен один характерный момент. В представлении властей Самарского городка территория Надеинского Усолья ограничивалась только небольшим районом соляных промыслов. Все остальное они рассматривали как ничейную землю и при случае использовали её в своих интересах. Так, например, на Переволоке построили несколько острожков и направляли туда караулы самарских воинских людей. Район Яблоневого оврага считали исконно землей Самарского уезда и поселили там мордовскую деревню. Да и сами местные монастырские промышленники до тех пор, пока самовольные попытки Самары не сталкивались напрямую с их коренными интересами, не реагировали сколько-нибудь резко на такие поползновения. Соблюдался некоторый нейтралитет. Тяжбы возникали или в конкретных случаях (из-за Переволок или мордовской деревни Яблонной), или когда самарские воеводы проявляли уж слишком дерзкие попытки захватить монастырскую собственность (воевода Иван Колюбакин в 1693 г. "поселил" своих служилых людей на практически неосвоенных пространствах западной части Самарской Луки, но и эти попытки до конца XVII в. не приводили к успеху.

Если на формирование русских промысловых селений, облика их важнейших общественных и промысловых сооружений власти вотчины оказывали непосредственное влияние, то процесс чувашского и мордовского заселения территории Надеинского Усолья в гораздой меньшей степени поддавался такой коррекции. В первой половине 1670-х гг. (до 1677-78 г.) на правобережье Усы в районе современного с. Большая Рязань, так называемых "Брусянских вершинах", появился маленький починок в 4 двора выселенцев из Старого Теплого Стана. К середине 80-х гг. в деревне насчитывалось уже 14 чувашских дворов. Называться поселение стало д. Новый Теплый стан на Брусянском Ключе или попросту Брусяны (не путать с совре-менными Брусянами). Так начала осваиваться территория глубинных районов западной части Самарской Луки.

В начале 80-х гг. XVII в. переселенцами из Старого Теплого Стана был основан еще один выселок -- деревня Новый теплый Стан на Ногайском Ключе (позднее на его основе возникло с. Шигоны). В основе появлени этого поселения лежит приказ монастырских промышленников.

Так к 80-м годам XVII в. окончательно сформировался крупный промысловый и жилой комплекс в западной части Самарской Луки, получивший историческое название Надеинское Усолье.

Из людей непосредственно занимавшихся управлением промыслового владения, несомненно, выделяется фигура соборного старца Савво-Сторожевского монастыря, промышленника Леонтия Моренцова. Моренцов несомненно был рачительным хозяином. При нем конец 70-х начало 80-х гг. укрепления, соляные варницы и другие хозяйственные заведения Усолья были перестроены, промысел приносил значительный доход. Старец не отличался примерным поведением и в предыдущий период своей жизни (например, будучи житенным старцем Ипатьевского монастыря за "слова и действо" он был взят под караул и направлен для исправления в Кирилло-Белозерский монастырь). В оторванном от всего мира Надеинском Усолье Моренцов почувствовал себя бесконтрольным владыкой. Все его дурные наклонности проявлялись самым ярким образом. Он создал себе "гвардию" из местных жителей. Пожалуй, нет такого преступления которого бы не совершил этот человек (убийства, изнасилования, незаконные поборы и т.д.) Многочисленные жалобы местных жителей долго не имели последствий, пока наконец все население вотчины в 1662 г. не выступило против Моренцова. Неистового "старца" отозвали, но нужно сказать, что нравы других руководителей промысла не многим отличались в лучшую сторону. Свидетельства о насилии промышленников, превышении ими своих полномочий то и дело мелькают в документах того времени.

В 90-х гг. XVII в. монастырь потерял покровительство царской семьи. Это сказалось самым непосредственным образом на экстерриториальности Надеинского Усолья. В вотчине начали появляться сыщики, они разоряли налаженное хозяйство, уводили беглых, составлявших большинство населения. Монастырские старцы начали жаловаться, что вотчина приходит в упадок, её экономика "порушена". После строительства Сызрани началось быстрое освоение Правобережья Волги. Севернее Надеинского Усолья по побережью Волги приобрел земли московский Новодевичий монастырь, на границе вотчины которого с вотчиной Савво-Сторожевского монастыря и возникла впоследствии деревня Кузькина. Ранее изолированное промысловое владение оказалось окруженным многочисленными владениями помещиков, общинами служилых людей по "прибору", государственных крестьян. Уникальность его, как "островка" на

Посмотреть профиль

9 Re: Из разных источников... в Пн 21 Янв 2013 - 16:09

Navy58

avatar
Admin
Симбирская губерния 1859 г. Артемьев А. И.

Симбирская губерния 1859 г. Список населенных мест по сведениям 1859 г.


С этого времени, то есть со второй половины XVI века, водворение Русских в пределах Симбирской губернии делается заметнее. Еще в царствование Иоанна Грознаго возник город Алатырь, а из него на Суру и на Барыш начали высылаться наблюдательные разъезды и места обычных их стоянок, мало-по-малу, обратились в постоянные острожки, под прикрытием которых, без сомнения стали заводиться кое-где и хутора земледельческие и промышленные. От Алатыря в направлении к Самаре, а оттуда на Яик, проторилась дорога (одна из самых бойких, как было замечено выше, стр. XV) и по сторонам ея также начали селиться Русские. Так, например, известно, что село Чамбул или Собакино (№ 1415), в Сенгилеевском уезде, основано было дядею третьей жены Грознаго, урожденной Собакиной, на пожалованных ему землях. Вообще раздача земель в собственность боярам и монастырям очень много способствовала к заселению края.

Конечно, эти поселки были редки, немноголюдны и стояли они раскиданно, или в глуши лесов, или окруженные селениями инородческими, и существовали они лишь под защитою воинских людей, стоявших в острожках, потому что опасностей грозило много и с разных сторон. Власть русская еще не упрочилась здесь окончательно и утверждалась медленно: против нея возставали остатки орд татарских, с ними соединялись Мордва и другие инородцы, происходило сильное брожение и в массе русскаго люда, взволнованнаго первоначально идеею защиты законнаго наследника Русской Короны, а впоследствии, так сказать, втянувшагося в смуты, одуревшаго от дикаго разгула страстей и воли, от возможности достижения власти и прибытка. Шайки вольницы и голытьбы, всегда державшияся на Волге, в конце XVI века особенно усилились, по случаю отнятия у крестьян права "Юрьева дня" и закрепления их за помещиками; а общая неурядица периода самозванцев еще более способствовала образованно их. Дикия ущелья приволжских гор, особенно на Самарской Луке, покрытыя лесом, давали таким скопищам самый удобный и надежный приют. С вершины какого-нибудь Молодецкаго Шихана или кургана Девичьяго, разбойники, как хищныя птицы, следили за появлением проходящих по реке судов, бросались в свои "струги" (лодки) и налетали на пловцов с своим грозным окликом "сарынь на кичку" - от, котораго, в суеверном страхе, судорабочие повергались ниц, без сопротивления; если случалось, что судно успевало убежать от преследования,- разбойники не теряли надежды настичь его на своих легких лодках - они поднимались вверх по речке Усе, протекающейпочти поперек луки, потом переволакивались в Волгу и с тем же "сарынь на кичку"- встречали суда. Еще чаще, такия переправы делали разбойники с южной стороны луки на северную. От того и стоящее здесь село носит название Переволоки или Переваловки(№1424). Местные жители и теперь указывают на Самарской Луке много становищ различных шаек, между прочим в селениях Ермакова и Кольцовке (№№ 1457 и 1460) признают жилища знаменитых покорителей Сибири- Ермака Тимофеевича и его подручника Ивана Кольца. При селе Ундорах (№ 47), в 30 верстах выше Симбирска, существуют остатки земляных окопов, служивших укрепленным становищем какому-то "воровскому" атаману Герасиму. Другия прибрежныя местности, особенно в Жегулях, связаны с преданиями о Стеньке Разине. Существование шаек грабителей на Самарской Луке прекращено только в недавнее время; а укрывательство одиночных бродяг и раскольничьих пустынников в береговых пещерах продолжается и ныне.

Впрочем не одни бездомники, недобрые люди держались на волжском берегу: богатства естественныя, удобства рыбной ловли, месторождения горючей серы, соляные ключи также привлекали сюда и предприимчивых промышленников. Так известно, что торговый человек Наум Светешников и его сын Семен, в царствование Михаила Феодоровича, завели близ устья речки Усы соляныя варницы, получившия название "Надеинскаго Усолья" (№ 128); а позднее, близ нынешняго села Ширяева Буерака (№ 1452) началась разработка серы, давшая повод к тому, что это село и ныне называется иногда "Серным городком", хотя разработка серы давным давно оставлена. Надеинския соляныя варницы впоследствии отданы были в вотчину Саввину Сторожевскому монастырю. Старцы монастыря, являвшиеся сюда в качестве управителей вотчиною, особенно келар Леонтий Моренцов, сумели захватить земель верст на двести протяжения и начали селить здесь Мордву, Чувашей и беглых крестьян и холопей. Таким образом с половины XVII века в приволжских частях нынешних Сенгилеевскаго и Сызранскаго уездов образовалось очень много поселков.

Правительство, охраняя безопасность государственных границ вообще, прилагало заботы в частности для обезопасения этих начатков колонизации, а с этою целию постепенно усиливало более и более линию береговых сторож. В первые годы царствования Михаила Феодоровича к этому побуждало еще опасение смут от Заруцкаго, пробравшагося в Астрахань, а потом на Яик, и поднимавшаго тамошних казаков и Ногайцев. Ногайские летучие отряды стали уже производить набеги на всю восточную украйну: одна из таких шаек проникла к самому Алатырю и ограбила окрестности. Тогда были отправлены из Казани стрелецкие головы Гордей Пальчиков и Сунгур Соковнин, из которых первому поручено было поставить острог на устье Усы и оттуда "Волгою вниз до Самары и Усою вверх посылати в легких стругех по часту", а Соковнину предписывалось ехать "до переволоки, где переволочатся с Волги на Усу-реку, и разсмотря крепкаго места, поставити острожек и в острожке укрепиться, а укрепясь стояти с великим береженьем, чтобы воровские люди безвестно откуды не пришли и дурна котораго не учинили, да и рыбных ловцов оберегать, чтобы их воровские люди не погромили".

Все эти острожки хотя выполняли свое назначение довольно удовлетворительно для тогдашняго времени, однако, с увеличением населения в края, они начали оказываться недостаточными, потому в особенности, что управление краем зависело от Казани. Таким образом в царствование Алексея Михаеловича признано было необходимыми построить здесь новый город, в котором находилось бы средоточие воинскаго наблюдения и гражданской администрации. Дело это поручено было боярину Хитрово и он в 4648 г. основал Симбирск или как прежде писалось (и гораздо правильнее) Синбирск. Город этот был укреплен по всем правилам тогдашней русской фортификации, а затем от него, по обычаю того времени, повели, в направлении к юго-западу, так называемую "Черту", то есть земляной вал со рвом, увенчанный деревянными тыном и сверху того защищаемыйпо местам засеками, башнями и острогами. Устроение этой "Черты" продолжалось в течение 1648-1654 годов; часть ея от Симбирска до Уреня называлась "Симбирскою"; а от Карсуна до Суры - "Карсунскою"; за Сурою, в пределах нынешней Пензенской губернии, она носила названия Черты Саранской, Инсарской, Потишской и проч. Остатки ея еще и ныне. довольно значительны, хотя вал и ров остаются без исправлений уже 150 лет. Прежние укрепленные остроги существуют теперь под именем "пригородов" и сел: Юшанск, Тагай, Урень, г. Карсун, Малый Карсун, Аргаш, Сурский Острог (№№ 147, 114,124, 5, 829, 986, 980); еще был острог у нынешней Тальской пищебумажной фабрики(№1011). В этих острогах помещался гарнизон, состоявший из стрельцов и казаков; кроме того служилые люди поселены были вблизи "Черты" в разных слободах, большая часть которых, как села и деревни, остались на своих местах до настоящаго времени: Арская, Тетюшская, Уржумская (№№ 112, 113, 130) и другия, своими названиями указывающия, откуда взялись первые поселенцы в них. В свою очередь и из этих слобод в последствии времени много семейств было выселено на новыя места, иногда весьма отдаленныя, например на Терек, где военная граница начала устраиваться также с XVII столетия.

"Черта", защищая северную половину Симбирской губернии от нападений кочевников, еще долго рыскавших в степях астраханских и саратовских, оказала весьма заметное влияние на заселение края к югу от "черты". Несмотря на страшную смуту, произведенную в здешнем крае появлением скопищ Стеньки Разина (а быть может, даже благодаря этим смутам, вне "Черты" более и более стало заводиться селений, так что в 1680-х годах потребовалось построение еще новаго города, именно Сызрана. От него, также как от Симбирска, устроена была новая черта, на восток доходившая до Усы, а на юго-запад вплоть до Суры, в пределах нынешняго Кузнецкаго уезда Саратовской губернии.

Население это, по выражению нынешних крестьян Сызранскаго уезда, было "всякий сбор да наволока". Действительно, оно состояло из выходцев, переселенцев и беглецов из разных частей государства. Выше было упомянуто, как заселялись земли Саввы-Сторожевскаго монастыря; тот же порядок продолжался и после весьма долгое время. Из актов XVII века видно, что в ту пору особенно много являлось сюда беглых с южной украйны: одни из них водворялись, а другие просто бродили шайками и занимались грабежом. Около Самарской Луки, село Рождествено (№ 1435) и окрестныя с ним деревни, именнo основаны беглецами из крестьян монастырских и помещичьих, а отчасти из служилых городовых людей разных мест. Преследуемые прежними владельцами, они или убегали на Волгу и на Яик, или укрывались временно, пока минует гроза, в лесах. С другой стороны и те из поселенцев, которые могли и желали оставаться на месте, прибегали к разным уловкам, чтобы уклониться от исполнения тех или других земских повинностей, большею же частью записывались в одни дворы с другими семействами, под именем "соседов, подсоседков, захребетников". Память об этом сохранилась и доселе; в народе говорят, что было время, когда "в одни ворота всадили по десяти дворов". Все эти обстоятельства служили причинами, что население здешнее, несмотря на все выгоды жизни, еще долго сохраняло характер непоседности. Например, жители упомянутой Рождественской волости, желая отстоять за собою остров, захваченный самарцами, в своей просьбе пренаивно угрожали, что они все разбегутся, если не будет уважена их просьба. И в самом деле жители этой волости чаще оставляли свои домы и перебегали куда-нибудь в другия места; да и заселение волости, как началось беглецами, так и продолжалось ими же. В 1706 году, по повелению Петра I, были отобраны у пензенскаго помещика, известнаго впоследствии дипломата графа Головкина, приписанные им в свои вотчины беглые люди в числе 700 душ мужескаго пола и водворены на Самарской Луке.

Страсть к передвижению так укоренилась в населении здешняго края, что еще назад тому 38 лет выразилась как-то эпидемически. Случай этот столь интересен, что не лишне сообщить о нем некоторыя подробности, иными уже забытыя, а другим вовсе неизвестныя.

Посмотреть профиль

10 Re: Из разных источников... в Пн 21 Янв 2013 - 17:02

Navy58

avatar
Admin
«Самарская летопись», подготовленная коллективом кафедры российской истории Самарского университета.


Строительство в середине XVII в. Симбирско-Корсунской и Закамской оборонительных линий, основание Симбирска, постепенный переход селений Симбирского уезда "за вал", ближе к Самарской Луке - все это в известной мере сняло изоляцию Самары и образовавшегося вокруг нее уезда от основного ареала земель Среднего Поволжья, освоенных земледельческим населением. Завершило этот процесс строительство Сызрани и отдельных сооружений Сызранской линии. Видимо, первоначальная идея и проект сооружения новой засечной черты возникли в недрах Разрядного приказа (а возможно и приказа Казанского Дворца) в конце 70-х-начале 80-х гг. XVII века. Однако правительственный указ вышел значительно позже, 23 декабря 1685 г., после основания Сызрани, Печерской слободы, Кушниковой, Губиной и других военно-административных пунктов.

В указе говорилось "по досмотру и по описи и по чертежу стольника и воеводы Матвея Головина за старою Синбирскою и Корсунскою чертою за новопостроенные села и деревни для оберегания от приходу воинских людей строить новую черту ему стольнику и воеводе от Казачьих гор до Туруева городища и до речки Суры на 70 верстах 342 саженях и по той новой черте сделать 4 городка, чтоб старая Синбирская и Корсунская черта тех городков и пригороды и... пашня и села и деревни, которые за старою Синбирскою и Корсунской черты стали в черте. И служилые и всяких чинов и уездным людям было бесстрашно. И по Волге всяким людям от приходу воинских людей разорения не было". Новая черта должна была строиться на территории, подведомственной симбирским воеводам. Для ее сооружения и заселения выделили служилых людей Симбирской и Корсунской черт, ясачных чувашей и мордву, государственных крестьян. Дело, однако, так и не сдвинулось с места. 13 апреля 1686 г. последовал новый правительственный указ, отменивший прежний. Для обеспечения безопасности края, дальнейшего его освоения московское правительство посчитало достаточным наличие Сызрани, нескольких казачьих и солдатских слобод. Вдобавок на южных подступах к Сызрани в 1687 г. отстроили Кашпирскую крепость, соединенную с волжским побережьем земляным валом. Крепость поставили в обычной для того времени манере: на высоком мысу, образованном Волгой и впадающей в нее небольшой речкой Кашпуркой.

Устраивая чуть раньше, в 1683 г., Сызрань, ее обнесли семиугольной деревянной стеной с башнями общей протяженностью 290 сажен. Одна из башен, Спасская, была каменной. Посетивший город в 1765 г. подполковник А.Свечин так описывал крепость: "На углу оной Крымзы - неравнобочная четвероугольная крепость, окопана немалой вышины валом, на коем с трех сторон сделанная из соснового лесу стена с обыкновенными по тогдашнему времени пятью башнями, а с четвертой, по утору от реки Сызрану полисадом, кроме сего вверх по оной же реке и окружа форштет закрыт был таким же палисадом, а в приличных местах вороты и башни поставлены были".

Кашпир представлял в плане почти квадратную деревянную крепость с 8 башнями. Стены с трех сторон окружали земляные рвы и надолбы, с четвертой, восточной, хорошо защищал крутой спуск к Волге.

Для заселения новых крепостей и слобод переводились казаки, солдаты и стрельцы из расположенных севернее городов и крепостей. На территории края оказались весьма значительные по тем временам воинские силы: В Сызрани около 500 служилых людей, в Кашпире 188, в Печерской слободе не менее 50. В отличие от самарских, воинские люди правобережья предпочли денежному и хлебному жалованью земельные наделы. Край оказался в относительной безопасности от кочевников, правительственная колонизация в конце XVII в. ушла далеко на юг, к Царицыну, волжско-донской переволоке, и заниматься земледелием оказалось более выгодным.

Несмотря на то, что в некоторых документах конца XVII в. Сызрань называли уездным городом, собственного уезда у крепости не было. Сызранские воеводы подчинялись симбирским, а "их" владения входили в Симбирский уезд.

Таким образом, вся территория Самарского края в конце XVII.века числилась в составе нескольких уездов. Правобережье, исключая Самарскую Луку и Надеинское Усолье, подчинялось симбирским воеводам; Самарская Лука - самарским; все левобережье - казанским и отчасти самарским воеводам. Владельцы Надеинского Усолья добились полной независимости своей вотчины от местных властей.

Посмотреть профиль

11 Re: Из разных источников... в Пн 21 Янв 2013 - 17:18

Navy58

avatar
Admin
Муранка с. В четырех верстах от села Муранки на земле удельнаго ведомства есть древнiй могильник. Он носитназванiе Муранскаго по имени ближайшаго к нему села. Площадь могильника занимает около десяти десятин и лежит на берегу новаго протока руки Усы, называемаго „прораном" и искусст-1)
1) Топографичес. описание Симб. наместничества. T. Масленицкий. Поволжье в XVII и начале XVIII. в. Изслед. Перетятковича.
венно проведеннаго в 50-х годах арендатором удельной мельницы. Раскопками Муранскаго могильника занимался председатель Симбирской Ученой Архивной Коммиссiи В. Н. Поливанов по порученiю Императорской Археологической Коммиссiи. В разное время им изследовано до 700 могил, при чем добыто очень много различных предметов старины, как-то: шейных, ручных и поясных украшенiй, домашней утвари, оружия, монеты и проч., всего свыше 2000 №. Из этих 700 могил в двух найдены признаки возможнаго трупосожигания, причем вместе с углями, золой и битыми черепками найдены были лошадиныя и других животных кости. (Дневн. 1899 г., №№ 60 — 64). Самые костяки плохо сохранились и повидимому лежали на досках. Попадающияся гнилушки в могиле № 64 не носили признаков пребыванiя в огне, и вообще по этим данным изследователь не признает, чтобы трупосожиганiе было в обычае на Муранском могильнике. Другая форма погребенiя, самая распространенная (375 могил), в Муранском могильнике заключалась в деревянных долбленых гробах-колодах, зарытых на глубине от 10 до 64 вершков от поверхности почвы. Третья форма погребенiя, которую изследователь встретил у камня с татарскою надписью (вследствiе плохой сохранности неразобранной), заключалась в отсутствiи при костяках вещей.
Гробницы оказались истлевшими и на значительной глубине — до 2 1/2 аршин. Одно погребенiе изследователь назвал «могилою всадника». (Дн. 1892 г., № 12). Особенность ея заключается в том, что над гробницей открыто было довольно много лошадиных костей, а при костяке, кроме кремня, огнива, двух татарских монет и двух колец — украшенiя конской сбруи и колокольчики. Присутствие лошадиных костей и зубов встречалось в муранских мужских погребенiях довольно часто. (Дн. 1893 г.). Положенiе костяков наблюдалось преимущественно на правом боку с согнутыми ногами и с господствующим поворотом лицевой стороной на юг и юго-запад. Положенiе рук было различно, в большинстве случаев согнутое, при чем кости руки приходились под висками. Было немало погребенiй и на спине с лицом кверху или на восток и руками, сложенными повыше тазовых костей. Разделенiе погребенiй по различию пола в могильнике не наблюдалось.
Обычай класть в могилу любимыя вещи покойнаго, в убежденiи, что оне ему понадобятся в будущей жизни, очевидно был в полном ходу в XIV веке у народности, оставившей Муранскiй могильники. Особенность женскаго погребальнаго обычая является в уборе косы, Способ этот состоял в том, что не отделенная коса умершей наматывалась на очищенный от коры дубовый или тальниковый прут, смотря по длине косы, перевязывалась местами бичевкой, обвивалась тонким ремнем из сыромятины (не дубленой кожи) и затем вкладывалась в два дубовых лубка, которые в свою очередь обвивалсь еще более тонким ремнем, сплошь перевитым тончайшею серебряною проволокою. Самую замечательную из шейных подвесок, найденных в одной из могил Муранскаго могильника, составляет золотой медальон подковообразной формы, длиною в 1 1/2 вершка и весом 14 1/3 золотников чистаго золота. Находка этой крайне интересной вещи сделана была случайно в 1888 году. К сожаленiю, никаких данных об ея положенiи и других одновременно с нею открытых вещах неизвестно. Вещь эта нашедшими была продана одному из соседних землевладельцев, от котораго г. Поливанов прiобрел ее для Императорскаго Эрмитажа. Средину выпуклаго медальона занимает пустота, которая, несомненно заполнялась выпавшим из нея камнем. Вокруг камня идут два ряда симметрично расположенных городами золотых шариков. Обе стороны подвески отделаны совершенно одинаково, и бока их крепко спаяны. К верхним концам медальона прочно и красиво прикреплены два прямых ушка с отверстиями, посредине покрытых ниткой из того же золотого бисера. Кроме описанной золотой подвески, открыта была еще одна серебряная квадратной формы, (см. от. И. А. К. за 1893 г., стр. 26), причем с верхней наружной стороны она покрыта характерным булгарским стилем (зернью) симметрично расположенных городками шариков и в средине, вместо камня, украшена кусочком зеленаго изразца.
Бусы были найдены глиняныя, металлическiя, из горнаго хрусталя, стекла, сердолика и раковины. Амулеты, находимые в муранских древностях, состояли из небольшого куска кости, зуба или когтя волка или медведя, обделаннаго в серебряную, лентообразную оправу (Дн. 1893 г., № 95). Серьги встречались весьма разнообразной формы, преимущественно в вид колечек из серебряной гладкой проволоки. Из ручных украшенiй в погребенiях Муранскаго могильника встречались браслеты, перстни и кольца. К числу поясных украшенiй, встречающихся в огромном числе в погребенiях Муранскаго могильника (всегда около места пояса), следует отнести подвески с пряжками (сюльгамы), и без них, большею частью серебряныя с характерным опять орнаментом серебряных шариков, расположенных симметрично в форме угольников и полосок. Подвески эти встречаются также и из бронзоваго сплава; но тогда без указанных украшенiй. При раскопках Муранскаго могильника были найдены еще следующiе предметы: Несколько золотых перстней, колец, браслетов, богатая брошь-сюльгама из серебра с цепочками и с изображенiем птиц и серебряная цепь с медалiоном из горного хрусталя. По типу эти древности имеют сходство с такими же, открытыми гp. Уваровым в мерянских могилах, кроме того, предметы домашняго обихода, как-то: глиняные горшки темносиняго и темнокраснаго цвета без всяких знаков и рисунков, обломки металлических зеркал с изображенiем рыб, огнива и кремни, винтовой висячий замок, пряслицы глиняныя различных величин и цвета, детскiя игрушки (козны), оселки (бруски) с отверстiем для пропуска шнура, остатки конской сбруи (обломки железных удил и железныя нагрудныя бляхи), топоры, стрелы и ножи из железа и монеты. В числе монет встречаются золото-ордынская следующих ханов: Узбек-хан (Старый Сарай. 731 - 1330), Джанибек-хан (Новый Сарай. 747 - 1346), Бердибек-хан (759 - 1359) и Тимур-хаджа (759 - 1359). В 150 саженях от Муранскаго могильника в 1889 году найден намогильный камень с арабскою надписью. Размеры камня: длина 3 арш., ширина 1 арш. и толщина 5 вер.
Площадь, занимаемая городищем, в настоящее время представляет остров около 70 десятин, образованный с одной стороны рекою Усою, а с другой ея рукавом, отведенным искусственно от главнаго русла. На поверхности этой площади встречается не мало черепков глиняной обожженной посуды с рисунками, железной гари, прясел, кусков кирпича. В большом числе попадаются также татарскiя монеты XIV века. Здесь на средине острова находилось небольшое каменное зданiе неопределеннаго назначенiя, с каменным полом и таким же из дикаря стенами, плотно сложенными на извести. Произведенныя на этом мест раскопки обнаружили фундамент в 9 аршин длины и в 5 аршин ширины. На полу со стороны входа уцелели от расхищенiя необделанныя каменныя плиты, железная полоса, кусок расплавленнаго свинца, фрагмент глиняной плоской подвески бирюзоваго цвета, куски окрашенной в цвет мумiи штукатурки и камень круглой формы с углубленiем до 6 вершков, на подобие ступки. Кроме того, в мусоре найдены были один цельный кирпич и несколько обломков; форма кирпичей квадратная, плоская; обожжены плохо; такой кирпич встречается на развалинах Сарая и известен под названiем татарскаго.
В народе сохранилось предание, что около зданiя не так давно еще существовала каменная башня „мизгит" (т. Е мечеть), разрушенная временем, а более кладоискателями и крестьянами, увозившими готовый матерiал на свои нужды. Трудно согласиться с этим предположенiем, так как ни рядом, ни в близком соседстве признаков основанiя другого зданiя не обнаружено.

Посмотреть профиль

12 Re: Из разных источников... в Пн 21 Янв 2013 - 17:30

Navy58

avatar
Admin
http://gorod63.ru/page/tlthistory/samluka/

Самарская Лука в 13-17 веках
Еще одним центром освоения Самарской Луки в XVII-XVIII веках было Надеинское Усолье. Эта территория занимала западную часть Самарской Луки от Брусянского и Морквашинского оврагов до междуречья Усы и Тишерека. Центром освоения этой местности стали соляные источники у западной оконечности Жигулевских гор, за устьем р. Усы. В начале 1630-х годов предприимчивый ярославский гость Надей Светешников основал здесь крупное солеваренное производство. Первопоселенцами Усольских слобод и хорошо укрепленного городка стали русские люди – беглые и крепостные Светешникова.

Во второй половине XVII столетия новым владельцем Надеинского Усолья стал Савво-Сторожевский монастырь. В конце XVII – первой трети XVIII вв. система сельских поселений и этнический состав населения Надеинского Усолья приобрели свой завершенный, близкий к современному, облик.

С конца 1650-х гг. на территории Усолья появились первые постоянные поселения чувашей. Первое из них – Старый Теплый Стан было основано неподалеку от Усольских слобод, остальные – выходцами из него в районе современных с. Шигон (Новый Теплый Стан на Ногайском Броду) и Большая Рязань (Новый Теплый Стан у Брусянского Ключа). Русскими, в основном беглыми переселенцами, были основаны селения Комаровка, Левашовка, Валы, Большая Рязань, Александровка, Актуши. Мордва практически не участвовала в освоении Надеинского Усолья. Известен лишь единственный факт появления маленькой мордовской деревушки в Яблоневом овраге.

Посмотреть профиль

13 Re: Из разных источников... в Пн 21 Янв 2013 - 17:35

Navy58

avatar
Admin
Надеинское Усолье

http://www.gubernya63.ru/history/legends/osvoenie.html

В начале 30-х годов XVII века возник еще один крупный центр сельского заселения Самарского края. Он располагался на западе большой Самарской Луки и концентрировался вокруг соленосных источников в долине небольшой речки Усолки (современное с. Усолье Шигонского района). Здесь с глубокой древности добывали кустарным способом соль. В 1631-1632 годы один из богатейших людей России, ярославский гость Надея Светешников получил соляные источники с прилегающей округой в оброчное пользование. Работные люди Светешникова выстроили хорошо укрепленный городок-крепость, рассолоподъемные трубы и варницы, несколько слободок. Так было положено начало современному селу Усолье. Соляные промыслы у самой западной оконечности Жигулевских гор были сравнительно невелики по сравнению с другими центрами солеварения. В лучшие годы при Светешникове в Надеинском Усолье вряд ли добывалось больше 50 тысяч пудов соли в год, а к концу XVII века добыча снизилась примерно до 25 тысяч пудов. В то же время, к примеру, на промыслах у Белого моря добывалось около миллиона пудов. В 1660 годы Надеинское Усолье перешло во владение звенигородского Савво-Сторожевского монастыря. Монастырские власти пользовались особым доверием царской семьи. Разрасталось хозяйство владения, поднимались новые села и деревни: село Жигулевка, слобода Переволокская, деревня Шоркин Буерак, ряд чувашских деревень. Население вотчины в конце XVII века составило около 2000 мужчин и женщин. Подавляющее большинство жителей были беглыми. Их переманили монастырские старцы, обещая на новых местах большие льготы.

Монастырь смог добиться для своего нового владения полной независимости от местных властей. Вотчина управлялась из Москвы через центральные приказы.

Посмотреть профиль

Спонсируемый контент


Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения